Ru  

Eng  
  Поиск     |     Календарь событий     |     Обратная связь    


 


 Национальный рейтинг университетов
 
 Методика
 
 Общие и частные рейтинги
 Общий рейтинг
 Образование
 Исследования
 Социализация
 Интернационализация
 Бренд
 Инновации
 
 АВТОРИТЕТНОЕ МНЕНИЕ
 
 ПАРТНЕРЫ
 
 Архив частных рейтингов
 
 Обсерватория образования и науки
 Рейтинги вузов: зарубежный опыт
 Российский опыт составления рейтингов вузов
 Полезные ссылки
 
 Аналитика: статьи, обзоры
 Отставки и назначения
 Рейтинг университетов: комментарии, статьи, обзоры
 
 Карта сайта
 




ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ 
ФИО*
Контактный телефон или email*
Текст вашего сообщения*
 Введите код, указанный на картинке*
  СВОДНЫЙ РЕЙТИНГ     РЕЙТИНГ ПО РЕГИОНАМ     РЕЙТИНГ ПО КАТЕГОРИЯМ  
  Главная страница

 
Руководитель проекта Национальный рейтинг университетов Интерфакс, Алексей Чаплыгин, o QS Graduate Employability Rankings 2017


Вы! Пускники университетов страны!
Вы! тащите их из трясины забвенья!
К сияющим вершинам международных рейтингов


Как человек, относящий себя к «рэнкерам университетов», грубо говоря к «рейтингаторам вузов», то есть к той оценочной и коммуникационной прослойке между академическим миром и семьями студентов и потенциальных абитуриентов, постоянно отслеживаю появление новых результатов известных и прочих рейтингов/рэнкингов университетов.

Не могу не прокомментировать результаты свежего рейтинга QS Graduate Employability Rankings 2017, то есть Рейтинга мировых университетов по параметрам трудоустройства выпускников (пилотный вариант вышел в 2016).

Отечественные СМИ откликнулись на опубликованные результаты пока не слишком развернутыми сообщениями с заголовками «Семь российских/московских университетов попали в мировой рейтинг …».

Для академического сообщества, тем более для ректоров ведущих университетов страны результаты этого рейтинга – капли бальзама на их истерзанные погоней в Программе 5Топ100 за высокими позициями души, что и демонстрируют отдельные комментарии представителей «попавших» университетов.

Пара слов о результатах. Главный конечно результат, как правильно фиксируют СМИ – 7 университетов страны (точнее столицы, порта пяти морей) попали в список 300 мировых лидеров по трудоустройству и достижениям своих выпускников. Конечно не попали, а вошли и надо именно этот вход, основанный на системном развитии отечественных университетов, всячески подчеркивать и продвигать. Лучшие – МГУЛомоносов и МГИМО оказались в группе 101 – 150, тогда как МГУ в пилотной версии этого рейтинга входил в Топ-100. Заметно расширился список лидеров от России: с 3 в списке 200 лучших до 7 в списке 300 лучших.

Но что-то «тревожно в груди». Пройдемся с по предложенной методике оценки.

1. Репутация Университета среди работодателей (Employer Reputation), вес показателя равен 30% в общей оценке.

По-видимому, используются результаты масштабных опросов работодателей, проводимых ежегодно для формирования «большого» рейтинга QS WUR. Совсем расхожие комментарии на уровне оправданий: какие нехорошие российские работодатели, ленятся оценивать выпускников отечественных университетов, к тому же не мотивируют своих партнеров в стране и за рубежами к правильной оценке. Но главный вопрос: что и как может оценить руководитель предприятия, получивший такую анкету? Он может в лучшем случае спросить кадровика, выпускники каких университетов числятся на предприятии. И в лучшем случае руководитель может вписать несколько вспомнившихся названий (в том числе и свой родной вуз) в эту анкету. Выпускника, его компетенции, как профессиональные, так и социо-культурные может оценить только непосредственный руководитель этого выпускника, причем прямая связь его компетенций с полученным образованием будет существенна лишь в период нескольких лет после выпуска. Опять же, что считать за полученное образование: первый бакалаврский уровень[1], или магистерский, полученный, например, совсем в другом вузе и далее по всем уровням образования, в том числе и дополнительного, которое можно получить во многих местах, в т.ч. и в возникающих корпоративных университетах.

Исключение из оценки академической репутации (масштабно входит в большой рейтинг QS) свидетельствует о том, что рэнкер фокусируется в этом рейтинге на рынках высококвалифицированного труда, не включая в рассмотрение рынков академического труда. Но! Ведущие российские университеты, относимые к исследовательским, на протяжении последних 30 лет являются поставщиками мозгов в зарубежные университеты и исследовательские организации (в том числе и в первую очередь в международные проекты Big Science), да и продолжают подпитывать российскую науку, что бы о ней ни говорили. Получается, что такие сильные исследовательские университеты, как НИЯУ МИФИ, Бауманка, СПбПолитех, Новосибирск, Томск, Казань не получают адекватной оценки; но и присутствующие в рейтинге МГУ, МФТИ, НИТУ МИСиС заметно теряют в оценке.

2. Достижения выпускников (Alumni Outcomes), вес = 20%.

Радует глаз пассаж о проведенном анализе карьерных траекторий многих тысяч выпускников университетов, отличающихся особым креативом, предпринимательским талантом, филантропическими наклонностями, всех тех, кто вносит и внес заметные изменения в наш мир.

Сразу вопросы. Выпускники какого периода времени – начиная с Аристотелевых времен или ныне живущие? Нормирование на масштаб университета (например, число выпускников 1 уровня образования за последние 30 или 40 лет) проводится или считается доля «самых успешных выпускников» от современного контингента университета? Засчитываются ли выпускники с выдающимися академическими достижениями (см. п.1)?

В итоге получаем в лидеры именно те университеты, которые развили и продолжают гигантскими темпами развивать собственные экосистемы инноваций (Станфорд и Силиконовая Долина, МТИ + Гарвард и Бостонская зона и т.п.).

И давайте определимся с Биллом Гейтсом, перевернувшим мироустройство и отличающимся фантастическими филантропическими наклонностями, является ли он выпускником Гарварда или нет? Он все же построил свою компанию, бросив учебу и лишь спустя десятки лет «повелся» на уговоры руководства Гарварда и, надеюсь, нехотя принял диплом.

3. Партнерство с работодателями (Employer Partnership), вес = 25%.

И все-таки компания QS не смогла избежать оценки академического труда. Часть оценки базируется на подсчете публикаций в реферируемых журналах, подготовленных исследователями Университета в соавторстве с представителями бизнес-компаний. Надо признать, что российский бизнес крайне неохотно участвует в исследованиях, соответственно и слой совместных с университетами публикаций совсем тонок.

Но рэнкер не успокаивается: другая часть оценки основана на взаимодействии Университета с крупнейшими из 2000 компаниями мира, то есть за основу берется список Форбс Топ-2000 мировых компаний. Что за Россией: полтора десятка сырьевых, металлургических, энергетических компаний, три банка, пара ритейлеров, связисты. Большая часть российской части Форбс «пасутся» в МГУ-шной долине «Воробьевы Горы», но до заметных результатов собственной инновационной экосистемы пока далеко. В принципе, столичные университеты могут и выстраивают партнерские отношения с этими «национальными чемпионами» бизнеса, но большая часть региональных университетов ориентируется на компании второго и далее эшелонов, тем самым выпадая из оценки международного уровня. Да и национальные чемпионы в сравнении с международным бизнесом выглядят не слишком масштабно: что говорить, если капитализация самых дорогих энергосырьевых компаний России уступает, например, компании Uber, представляющей собой просто приложение для мобильников.

К тому же никоим образом не учитываются реалии российского рынка труда, впрочем международному рэнкеру делать это затруднительно и, вероятно, не обязательно. Мало того, что бизнес монополизирован, рынки квалифицированного труда сверх концентрированы в столице и миллионниках, так и самыми могущественными корпорациями страны можно считать АП, ФСБ, МВД, СКР, в которых мечтает работать большинство выпускников вузов.

4. Связь работодателей с студентами («на кампусе», как это принято говорить) (Employer-Student Connections), вес = 15%.

Понятный показатель, характеризующий участие работодателей в университетских мероприятиях, связанных с трудоустройством: ярмарки вакансий, дни карьеры, тематические конференции и т.п. Ведущие университеты страны наладили системную работу с многими отечественными и зарубежными компаниями, которые не только участвуют в мероприятиях по трудоустройству, но и привлекаются к разработке и реализации образовательных программ, организации производственной практики, развитии инжиниринговых центров, лабораторий, центров коллективного пользования. Но и здесь возникают вопросы. Учтена ли практика создания и развития базовых кафедр? А если учтена, то учитываются базовые кафедры, созданные в исследовательских организациях (академических и отраслевых НИИ), если рэнкер пытается уменьшить вклад в оценку рынка академического труда? А если этот работодатель – крупная госкорпорация, включающая в себя десятки и сотни предприятий, институтов, организаций, то засчитывается как один работодатель или десятки и сотни? Это пример проведения ГК Росатом дней карьеры в НИЯУ МИФИ, НИТУ МИСиС и других опорных университетах ядерно-энергетической отрасли.

Все ведущие университеты страны развивают практику базовых кафедр: не только технические и технологические, но и классические, социально-гуманитарные. Что говорить, и МГИМО создал несколько базовых кафедр с российскими компаниями и институтами.

5. Уровень трудоустройства выпускников (Graduate Employment Rate), вес = 10%.

Что может быть проще определить долю выпускников Университета, устроившихся на работу в течение 12 мес. после выпуска и сравнить эту долю с уровнем занятости в стране.

МОН на протяжении нескольких последних лет в своем мониторинге собирает данные о трудоустройстве выпускников от вузов и все без исключения университеты демонстрируют предельную эффективность в этом деле. Что реально представляют эти величины – не слишком понятно. Предполагается устройство на работу по полученной специальности (направлению подготовки) или просто занятие рабочего места? QS заявляет о неучете тех выпускников, которые продолжают учебу на следующих уровнях образования - в магистратуре и аспирантуре. Но большинство ведущих университетов страны уже ввели в практику обязательное трудоустройство магистрантов и аспирантов в собственных подразделениях и предприятиях по направлениям проводимых исследований. Ну и конечно не снимается проблема нормирования на масштаб университета, впрочем это относится к всем заявленным показателям.

И, конечно, важно не упустить самозанятых (freelancers) выпускников, тех, кто сам для себя формирует рабочее место. В США уже более 30% всей рабочей силы - фрилансеры, что говорит о чрезвычайно высоком уровне предпринимательской активности и свобод. В нашей стране под сурдинку разговоров о 25 миллионах новых высокотехнологичных мест к 2020 году также поднята тема развития самозанятости, но пока на уровне лозунгов.

По итогам публикации донесено ценное наблюдение: оказывается STEM-университеты располагают большими возможностями в процессах трудоустройства выпускников и развития сотрудничества с работодателями. Правда в качестве антипримера приводится МГИМО, но надо отметить, что этот относительно молодой университет выходит из узковедомственных границ и исключительно социо-гуманитарной ориентации, прилагает системные усилия к развитию новых технологий и расширяет на их основе поля образования и исследований.

А что касается самых влиятельных выпускников российских университетов, играющих заметную роль в изменениях мироустройства, то хотелось бы отметить особую роль выпускников филологического факультета СПбГУ. Говорю без тени иронии: основатель единственного единорога с российскими корнями в Силиконовой Долине – выпускник этого факультета. Так что поддержим инициативу МОН О.Васильевой, призвавшей ректоров технических университетов не исключать гуманитарные предметы из программ: "Студенты должны быть просто образованными людьми".

Интегральные оценки процессов трудоустройства выпускников университетов, полученных ими компетенций, уровня конкурентоспособности на рынках высококвалифицированного труда являются одними из важнейших в технологиях международных рейтингов университетов и сложившейся рэнкиномики. Базируясь на оценках трудоустройства выпускников и их карьерных достижений, становится возможным отойти от изначально зашитой в рейтинговые технологии направленности на исследовательские миссии мировых университетов и сгладить тем самым различия в позициях между исследовательскими и «прочими» университетами, которые несут важнейшую образовательную миссию, что в корне, по мнению специалистов и управленцев национального высшего образования, и отличает российские университеты от университетов мирового класса.

Но предложенная и реализованная QS методика такой оценки имеет заметные слабости, приводящие (снова и снова) в том числе к недооценке российских университетов, при этом вскрываются слабости не только национальной системы высшего образования, но и слабости и неразвитость рынка квалифицированного труда.

Моралитэ.

Международные рейтинги университетов исключительно полезны для развития системы образования и исследований, рынков квалифицированного труда, т.к. позволяют нашим ведущим университетам лишний раз заявить о собственных достижениях, включиться через рейтинговые механизмы к развитию сотрудничества с всеми участниками жизни, а затем, глядишь, и к участию смелых и талантливых выпускников этих университетов в переделах (в самом лучшем смысле слова) миропорядка.



[1] Присутствие слова Graduate в названии рейтинга вроде бы относит к выпускникам 1 уровня образования, но вопросы остаются.

 

   
   
   
Copyright © 2017 Национальный рейтинг университетов       |       Контакты разработка: web.finmarket

Rambler Top100